КОРРЕКЦИОННАЯ ШКОЛА – ПРОБЛЕМА ДЕТЕЙ, ИЛИ ВСЕГО ОБЩЕСТВА?

КОРРЕКЦИОННАЯ ШКОЛА – ПРОБЛЕМА ДЕТЕЙ, ИЛИ ВСЕГО ОБЩЕСТВА?

о закрытии коррекционных школ В этом разделе публикуются статьи, которые могут быть полезны родителям Особых детей. Полезная информация

 
Не могу общаться с родной матерью
A L E N A пишет:[q]Я у родителей одна((([/q] Тогда действительно ....
tanusik
Гипоплазия и аплазия конечностей
НаташаКим вы уже большие, моя козявка ещё маленькая, ....
мамаКсюшиАлена
Действия родителей при подозрении на аутизм
ДашаКо На ручки обязательно брать, много обнимать, це ....
altim версия 2
Мишаня: проблемы и приколы.
Мы вот тоже с горки год назад начали кататься(видео с племяш ....
ира с
Делеция длинного плеча 18 хромосома
Здравствуйте мамочки! Я логопед-дефектолог и мама особенног ....
мама-дефектолог
Мой чудо- мальчик
Дю, протез в нашем случае необходим, потому что нет ч ....
Nadezhda1985
Переход аутиста в 5 класс
Lara35, насколько я знаю, вам надо договариваться неп ....
Ершистик
атрофия зрительного нерва
операция наверное нужна ....
AnnaBozev
Частный интернат для ребенка инвалида
Мамочки, подскажите хороший специальный детский сад(возможно ....
kirkirkir
Центр Индиго Челябинск
Тоже проходили там реабилитацию, очень понравилось, сдвиги б ....
Чара
Петиция по нервно-мышечным заболеваниям
а два месяца наша петиция набрала всего лишь 5000 подписей!( ....
Inna1978
Синдром Фелана-Макдермита
Здравствуйте мамочки прошу просветите меня, может есть среди ....
Чара
детки с синдромом Веста
Вы принимаете какие-нибудь витамины для поддержки организма ....
РитаВасилек
Как найти парня для девочки с олигофреней?
Красивая у вас дочка! ....
Мальта
техника в помощь
витанаканда, как у вас с навигатором? Получается? (Та ....
zov-62
Бесплатный вебинар не тему путешествий длия инвалидов
Opora.life устраиваеt бесплатные тематические встречи для лю ....
Ижевод
Болталка.Prav.Ru
отец, мы рады, что Вы присоединились к нам. Добро пож ....
сима
Купание очень сложного ребенка
Ищу приспособление для купания в ванне. Для возможности прин ....
отец
Ищем друзей. Новая Москва.
Добрый день, Инна. Очень хотелось бы с вами пообщаться. Мы, ....
СветланаБонд
Ворона стащила ложку
....
витанаканда
Перейти на сайт медицинского центра Московия
Логин:
  Пароль:
Обычный
Безопасный
Запомнить пользователя



Зарегистрироваться
Забыли пароль?
 
 

Пожертвовать на содержание форума

 
Пожертвовать на содержание форума
Форум ребёнок-инвалид »   Полезная информация »   КОРРЕКЦИОННАЯ ШКОЛА – ПРОБЛЕМА ДЕТЕЙ, ИЛИ ВСЕГО ОБЩЕСТВА?
RSS
КОРРЕКЦИОННАЯ ШКОЛА – ПРОБЛЕМА ДЕТЕЙ, ИЛИ ВСЕГО ОБЩЕСТВА?
Автор статьи: Ершистик
Первоисточник: http://www.gold-child.ru/forum/forum28/topic133/messages/


Статья из журнала "Директор школы" так и называлась:

КОРРЕКЦИОННАЯ ШКОЛА – ПРОБЛЕМА ДЕТЕЙ, ИЛИ ВСЕГО ОБЩЕСТВА?

Написана она Светланой Феликсовной Суворовой, без преувеличения "правой рукой" Олега Николаевича Смолина - лидера ООД "Образование для всех". Как только я поместила эту статью в свою рассылку "Папам и мамам об особых детках", меня "накрыл с головой" "девятый вал" писем. Были возмущенные, были поддерживающие. Не было равнодушных. Сегодня я предлагаю обсудить статью у нас.

Сейчас в регионах России идет закрытие школ коррекции. Подростки с особенностями развития переходят на другие формы обучения. Многие поступают в общеобразовательные школы. Дает ли класс коррекции таким детям полноценное образование? Свое мнение по этому вопросу приводит директор департамента социальных проблем устойчивого развития кафедры ЮНЕСКО/МЦОС "Передача технологий для устойчивого развития", член оргкомитета движения "Образование для всех» Светлана Феликсовна Суворова:
- Сколько детей сегодня нуждаются в специальном обучении? Все ли они имеют возможность получить такую помощь?
По статистике Министерства образования России, минимальное количество детей, которые постоянно нуждаются в коррекционной помощи– 1 млн. 6 тыс. человек. Но имеют возможность получить такую помощь лишь 500 тысяч. Однако, это -оптимистические данные. По оценкам экспертов международных организаций, например ЮНЕСКО, в России из 30 млн. детей, примерно от 2 млн. 500 тыс. до 3 млн. 500 тыс. временно или постоянно нуждаются в специальной педагогической поддержке. При этом стоит заметить, что абсолютное большинство (80-85%) этих детей не получают и не могут получить ее в обычной средней школе. Вот и считайте, примерно 2 – 3 миллиона детей у нас в стране нуждаются в коррекционном обучении постоянно или на какой-то срок, однако не имеют возможности удовлетворить эту потребность.

- Сокращается ли количество детей, нуждающихся в специальном образовании?
Нет, оно увеличивается! Так по данным Министерства здравоохранения и социально-го развития Российской Федерации количество больных детей (от 0 до 17 лет) ежегодно увеличивается на 4-5%, причем. Рост идет за счет увеличения процента страдающих хроническими недугами. Наиболее заметно увеличение заболеваемости детей болезнями костно-мышечной системы (на 53,6% от общего числа заболевших), эндокринной системы (на 45,6%), врожденных аномалий (на 41,8%).
Рост заболеваемости среди детей обуславливает нарастание инвалидизации детского населения. Например, в 2000 году распространенность детской инвалидности составила 205,6 на 10 тыс. детей в возрасте до 16 лет (в 1996 году -150,6 на 10 тыс. детей). То есть, если в 1996 году на 70 детей в возрасте до 15 лет приходился 1 ребенок-инвалид, то в 2000 году такой ребенок-инвалид приходится уже на 55 здоровых детей.
Причины инвалидности отличаются по структуре от хронических заболеваний. Здесь первое место занимают заболевания нервной системы (21,7%, т.е. 39,9 случаев на 10 тыс. детей). Второе принадлежит психическим расстройствам (18,6%, 32,6 случая на 10 тыс. детей). На третьем месте - врожденные аномалии (18,6% ,31,9 случая на 10 тыс. детей). На долю этих трех причин приходится более 50% случаев инвалидности.
Среди нарушений в состоянии здоровья со стойкими расстройствами функций, ограничениями жизнедеятельности, нарушениями социальной адаптации и интеграции в общество наиболее многочисленную группу составляют заболевания, связанные с двигательными-25,0% (1996год-23,8%) и умственными -20,4% (1996год-21,1%) нарушениями.
Ведущим ограничением жизнедеятельности является ограничение способности детей-инвалидов к адекватному поведению - 214168 (1996 год - 159313). Далее следует нарушение способности передвигаться-154788 (1996год-119282), общаться с окружающими - 113952 (1996год-39735) детей-инвалидов.
Вот и судите сами – увеличивается ли потребность в специальных коррекционных образовательных учреждениях притом, что количество детей, имеющих отклонения в развитии объективно увеличивается?
Если к этим, больным, детям прибавить еще и тех детей, которые страдают задержками развития и нарушениями нервно-психической сферы, возникшими из-за тяжелых эмоциональных переживаний и травм, обусловленных неблагоприятными социально-средовыми факторами, станет видно, насколько остра потребность в специализированных коррекционных учебных заведениях. Разве смогут беспризорник, проживший два-три года на улице или «домашний» ребенок, которого родители-алкоголики регулярно избивают и выгоняют из дома, учиться в школе так же, как учатся их здоровые и относительно благополучные сверстники? Конечно же, нет!
Если мы даже оставим в стороне те, действительно экстремальные условия, в которых живут эти дети, и которые не могут не наложить очень тяжелый отпечаток на их развитие психологическое состояние, но есть и другие, очень важные обстоятельства. В развитии каждого ребенка существуют так называемые «сензитивные» периоды, которые наиболее благоприятны для освоения тех или иных знаний и навыков. А в приведенных нами примерах, эти сензитивные периоды, оптимальные для обучения, как правило, проходят в то время, когда ребенок находится в неблагоприятной социально-психологической обстановке, вне школы, а часто и вне дома. Это неизбежно приводит к тому, что обучение и социальная реабилитация такого ребенка требуют значительно больше времени и усилий, и самое главное - совершенно особых умений и знаний педагогов, которые работают с этими - «особыми» - детьми.
То есть, значительная часть российских детей – кто по состоянию здоровья, а кто по «социальным» обстоятельствам, нуждаются в специализированной психолого-педагогической помощи и поддержке. Именно они и являются «клиентами» тех учреждений, в которых с ними работают педагоги-дефектологи, имеющие специальное образование, специальные знания, владеющие специальными приемами и методами обучения, позволяющими распознавать и чисто педагогическими методами корректировать («исправлять») врожденные или приобретенные дефекты интеллектуаль-ного развития, познавательной деятельности и социально-психологической адаптации ребенка.
- Сколько сегодня в России коррекционных школ?
По данным Министерства образования, в 2000 году на территории Российской Федерации находилось 1967 специальных учебных коррекционных заведений для детей с проблемами развития. В 2004/2005 учебном году, по данным Министерства образования, этих учреждений было 1947. По данным того же Министерства образования, к началу 2005-2006 учебного года их осталось уже 1810.
Количество специальных коррекционных учебных заведений уменьшилось почти на 150 единиц, причем 137 школ ликвидированы в течение последнего года. И это – только официальные цифры, в которых фигурируют те учреждения, ликвидация которых полностью документально завершена.
Как я уже сказала в начале беседы, согласно “Сведениям об образовательных учреждениях для детей с ограниченными возможностями здоровья, оздоровительных образовательных учреждениях для детей длительно болеющих” (форма Д-9, утвержденная Государственным комитетом РФ по статистике) в 2004/2005 году система специального образования охватывала около 500 тыс. детей. Все это – данные по состоянию на начало 2005/2006 учебного года. В настоящее время происходит повсеместная ликвидация и «реорганизация» специальных коррекционных учебных заведений, точнее – школ. В региональной печати и среди родительской общественности обсуждаются ситуации с коррекционными школами в Екатеринбурге, Рыбинске, Вологде, Боготоле (Красноярского края), Перми, Нижнем Тагиле. Идет борьба за здания, за собственность. До какого-то времени делили предприятия, заводы, здания отраслевых институтов. Мы знаем истории с исчезновением множества детских садов, которые в период резкого спада рождаемости почему-то полностью перешли в собственность или очень долгосрочную аренду бизнесменам и коммерческим фирмам. Теперь дело дошло и до коррекционных школ, точнее, до их зданий.
Возможно, не последнюю роль играет и желание сэкономить бюджетные средства. Ведь обучение ребенка в специализированной коррекционной школе стоит дороже, чем обучение ребенка в общеобразовательной, массовой школе, и уж тем более, чем надомное обучение, на которое деньги вообще почти не тратятся…
- Какие могут быть для страны последствия политики закрытия коррекционных школ?
Дело в том, что фактически основное содержание деятельности коррекционных школ – это та самая КОМПЛЕКСНАЯ РЕАБИЛИТАЦИЯ (педагогическая, психологическая и социальная) детей с ограниченными возможностями здоровья или с проблемами развития, о которой так много говорится в последние годы, и к которой, на словах, так стремятся представители руководящих органов социальной сферы нашего государства. Не говоря уже обо всех международных обязательствах по преодолению дискриминации инвалидов и по защите прав детей, которые взяла на себя Российская Федерация, корректируя, «исправляя», в процессе роста и взросления ребенка дефекты его развития, специалисты коррекционных школ готовят его к взрослой жизни, к дальнейшему профессиональному образованию и труду.
- Что конкретно дают детям коррекционные школы?
Любая физиологическая, анатомическая или функциональная патология обуславливает специфику приемов и методов ее «исправления». Особенности коррекционного обучения детей с разными патологиями и отклонениями в развитии можно сравнить с действием разных лекарств. Ведь невозможно лечить все болезни некими «универсальны-ми усредненными таблетками». Для каждой болезни нужна своя тактика лечения. Так и с коррекционным образованием. Ребенок с посттравматическим синдромом требует иного педагогического подхода, чем ребенок с врожденной патологией центральной нервной системы. Хотя, зачастую, и у того и у другого ребенка диагностируется задержка психического развития. Для формирования грамотной письменной речи у детей с логоневрозом (заиканием) оптимальны совершенно другие психокоррекционные методики, чем у слабослышащего ребенка. Не случайно, в рамках школьного коррекционного образования существуют различные образовательные программы (стандарты), рассчитанные на особенности познавательной и учебной деятельности детей, имеющих разные возможности обучения. Главное, что объединяет коррекционные школы – это значительный реабилитационный потенциал, основанный не только на специфическом, дефектологическом подходе к образовательному и воспитательному процессу, но и на значительном опыте работы с той или иной патологией. Этот опыт накапливается и обобщается целой группой наук, обеспечивающих коррекционно-педагогический процесс: дефектологией, специальной психологией, психоневрологией, педиатрией и др.
Кроме того, немаловажным для ребенка с отклонениями в развитии является установленный в коррекционных школах особый, щадящий режим – уменьшенная продолжительность занятий, сокращенное количество учеников, особым образом организованный режим труда-отдыха, усиленное питание и т. д.
Многие коррекционные школы работают в режиме школ-интернатов. Сейчас в обществе широко обсуждаются и «обсасываются» недостатки интернатных форм воспитания. Послушав голоса СМИ и так называемой «общественности» можно предположить, что во всех российских детских интернатных учреждениях работают исключительно садисты и маньяки, проводящие время в извращениях и издевательствах над детьми. Замалчиваются многочисленные примеры подлинного благородства, доброты и высокого профессионализма педагогов, посвящающих свою жизнь детям. Мой собственный сын закончил московскую спецшколу-интернат №2 (для слабовидящих детей). И сын, и его одноклассники, теперь уже студенты ВУЗов, с любовью и благодарностью вспоминают большинство своих учителей и воспитателей, навещают свою школу, созваниваются с любимыми учителями.
Кроме того, работа коррекционных школ-интернатов построена по принципу «пятидневки». То есть в среду и в пятницу дети разъезжаются по домам. (На вечер среды и на выходные). Все остальные дни с детьми постоянно работают педагоги и специалисты. Подготовка домашних заданий, занятия со специалистами – врачами, логопедами и пр., внешкольные кружки и факультативы, самообслуживание и прочие занятия в школе-интернате способствуют комплексной реабилитации детей, формированию учебной и трудовой деятельности, созданию механизмов компенсации не только дефектов здоровья, но и решению множества психологических проблем, свойственных «особым» детям. Скажу без преувеличения, коррекционная школа – это настоящая «дорога в жизнь» для многих и многих людей, судьба которых начиналась с большой и совсем недетской беды.
Приведу лишь несколько примеров из судеб многих выпускников коррекционных школ из разных регионов Российской Федерации, полностью и весьма успешно интегрировавшихся в общество и, говоря бытовым языком, построивших карьеру, которую считал бы удачной любой здоровый человек: Артур Луппов, инвалид 1 группы, закончил спецшколу-интернат №1 в Москве, затем – механико-математический факультет МГУ им. М. В. Ломоносова, кандидат физико-математических наук, много лет работал в Госкомстате России, в настоящее время - доцент Московского экономико-статистического института;
Александр Суворов, инвалид 1 группы, закончил Сергиево-Посадский специализированный интернат для слепоглухих детей, затем – факультет психологии МГУ им. М. В. Ломоносова, доктор психологических наук, старший научный сотрудник Института психологии Российской Академии образования (РАО, профессор кафедры педагогической антропологии Университета РАО;
Рубен Саркисян, инвалид 1 группы, закончил московскую спецшколу-интернат №17, затем – факультет немецкого языка Московского государственного института иностранных языков им. Мориса Тореза, в настоящее время занимается частными переводами технической литературы и переводами литературных произведений, например, его перу принадлежат переводы песен Шуберта по заказу оркестра «Виртуозы Москвы» под руководством В. Спивакова;
Надежда Агафонова, инвалид 1 группы, закончила коррекционную спецшколу-интернат в городе Верхняя Пыжма, затем - юридический факультет Казанского государственного университета, аспирантуру Московской государственной юридической академии, кандидат юридических наук, в настоящее время преподает в этой же академии;
Александр Ильин, инвалид II группы, закончил спецшколу-интернат в городе Чебоксары, затем поступил на физико-математический факультет Чувашского государственного университета, закончив два курса, бросил учебу ради бизнеса в ИНТЕРНЕТ, в настоящее время – один из успешных российских veb-дизайнеров.
И это – лишь некоторые из многих и многих примеров наших сограждан, которые, несмотря на тяжелейшие формы инвалидности, благодаря вовремя полученному специальному коррекционному образованию и квалифицированной психолого-педагогической помощи, смогли на равных со здоровыми людьми получить высшее профессиональное образование, адаптироваться в обществе, многого достичь в своей жизни. Если бы детство этих людей прошло в условиях пребывания в «четырех стенах», в обществе мамы, с положенными 8-ю, максимум 12-ю (в старших классах) часами в неделю общения со школьными учителями надомного обучения, вряд ли бы их ждало что-либо, кроме крошечной пенсии, глубокого одиночества, чувства беспомощности и невостребованности обществом.
Многие выпускники коррекционных школ не стремятся к высшему образованию, а поступают в техникумы, колледжи, профессиональные училища или в специальные учреждения профессионального образования. Самое главное – практически все они готовы к получению профессии и к дальнейшей работе. Они приучены к дисциплине, к требованиям, которые предъявляются обществом к любому человеку «вне дома». Готовы к общению с работодателями и с коллективом. Они имеют опыт жизни в обществе, навыки общения и поведения в различных, в том числе и конфликтных, ситуациях.
Коррекционные школы максимально повышают возможность интеграции в общество детей, имеющих проблемы здоровья или отклонения в развитии, открывают для них реальные социальные перспективы. И в этом их главный смысл и назначение.
- Куда переходят дети из закрывающихся коррекционных школ?
Как правило, при закрытии коррекционных школ учащихся либо переводят в специализированные коррекционные классы, созданные в обычных, массовых школах. Часть детей выводят из школы на надомное обучение, часть – пытаются интегрировать в обычные классы.
«Прелести» надомного обучения уже обсуждались выше. В системе российского образования с 1988 года без изменения действует инструкция Министерства народного образования о количестве оплачиваемых часов для детей, выведенных на надомное обучение (Письмо Министерства народного образования от 14.11.88 № 17-253-6).
1 – 3 (4) классы - до 8 часов в неделю;
4 (5) – 7 ( классы – до 10 часов в неделю;
8 (9) классы – до 11 часов в неделю;
9 (10) – 10 (11) классы - до 12 часов в неделю.
Редко кому из детей, получающих подобное, с позволения сказать, «образование» удается вырваться из порочного «надомного» круга. Их социальные перспективы полностью зависят от энтузиазма, личной добросовестности, образованности и наличия свободного времени учителя, а также от настойчивости и интеллектуального уровня родителей. Согласитесь, это очень редкое, почти невозможное сочетание. К сожалению, абсолютное большинство «надомников» просто обречено на малограмотность и, как следствие - на социальное иждивенчество и нищету.
- Как Вы относитесь к перспективе совместного обучения детей – инвалидов и их здоровых сверстников?
Что касается помещения учащихся из закрывающихся коррекционных школ в обычный класс массовой школы, то сейчас модно приводить примеры Запада. Я тоже пойду по этому сценарию. Сначала - о тех странах, где практикуется подобное обучение: в США в отношении граждан с ограниченными возможностями (а это не совсем то же самое, что наше, российское понятие «инвалид», гораздо шире и разумнее) действует общегосударственная программа «Инклюжен». Основы этой программы были заложены специальными Федеральными законами: “Реабилитационным Актом” (закон 1973 г.) и Законом об обучении детей-инвалидов 1974-1975 гг. Со временем в эти законодательные акты были внесены несколько поправок и дополнений. В восьмидесятые годы XX века в Америке начался активный процесс создания безбарьерной среды - приспособление улиц, переходов, транспорта, объектов социально-бытовой и социально-культурной инфраструктуры, постройки новых зданий, перестройки старых с учетом потребностей различных категорий инвалидов. Для этих целей сенатом и правительством США выделялись значительные дополнительные финансовые средства. В то же время за нарушение принятых стандартов налагались значительные штрафные и иные, вплоть до уголовных, санкции и наказания.
Для того, чтобы отношение к инвалидам изменилось у рядовых граждан, обывателей, проводилась чрезвычайно активная, продуманная и разработанная психологами и другими специалистами, кампания в средствах массовой информации, в образовательных учреждениях, организациях культуры и искусства и т. п.. Большую роль в этом процессе играли религиозные организации. Так произошло изменение отношения к людям с ограниченными возможностями, и так эти люди получили доступ ко всем сферам жизнедеятельности общества. Однако, при этом, именно интеграция в обучение, вызвала наибольшее количество проблем. Значительные трудности возникли с разработкой специальных образовательных программ, пригодных для интегрированного (совместного) обучения, подготовкой педагогов и персонала, разработкой психологических моделей восприятия «особых» детей здоровыми и наоборот – восприятия «особыми» детьми своих здоровых сверстников. Внедрение интегрированного подходы в обучении потребовало значительное количество времени, а самое главное – весьма значительных средств, которые были затрачены Правительством и благотворительными фондами. Модель «Инклюжен» подразумевает, что даже ребенок с синдромом Дауна может обучаться вместе с нормальными, здоровыми детьми. Конечно, для него разрабатываются отдельная программа, свои облегченные задания, к нему прикрепляется персональный ассистент. Подчеркивается, что многое в успешности осуществления интегрированного обучения зависит от учителя, что, естественно влечет за собой выплату соответствующих надбавок и премий к обычной зарплате учителя, которая, к слову сказать, в Америке, в отличие от России, весьма значительно превышает уровень прожиточного минимума.
В Великобритании школьное образование детей с ограниченными возможностя-ми, в соответствии с законодательством этой страны, осуществляется следующим образом: интеграция в обучении и наличие специальных коррекционных школ рассматриваются как необходимые параллельные условия образования. Они поддерживают порядок и гибкость системы образования и позволяют таким детям включаться в нее и отходить от нее по мере того, как меняются их потребности.
До поступления в школу в большинстве регионов Англии, а так же в некоторых других странах, достаточно эффективно используется система «Потедж» (педагогическое обслуживание на дому детей от 0 до 4-5 лет, имеющих проблемы развития). Эта система зародилась в 1970 году в США. В основе работы социальных служб по подготовке детей к школе лежит индивидуальная программа обучения, которая составляется для каждого ребенка с учетом его особенностей.
Говоря о социальном обеспечении в указанных странах, необходимо отметить, что как взрослым, так и детям с ограниченными возможностями, за счет государства обеспечиваются медицинское обслуживание, выплата пособий и компенсаций, а также доставка в учебные заведения, бассейн и т. п. Осуществляют все это социальные службы.
Для того, чтобы наши читатели окончательно поняли различия между Западом и Россией в подходах к образованию детей с ограниченными возможностями, позволю себе привести комментарий Олега Николаевича Смолина, доктора педагогических наук, профессора, Первого заместителя председателя Комитета по образованию и науке Государственной Думы РФ, а кроме всего перечисленного - инвалида I группы по зрению, выпускника специальной коррекционной школы, члена центрального правления Всероссийского общества слепых и почетного члена Всероссийского общества инвалидов. Цитирую дословно: «Более 10 лет мы работали над законом "Об образовании лиц с ограниченными возможностями здоровья".(Пока такого закона в России нет!) Дважды его принимала вторая Государственная Дума, дважды его отклонял Президент Б. Н. Ельцин. Президент В. В. Путин дал прямое поручение своей администрации согласовать с нами текст этого закона. Администрация поручение президента провалила. Все наши обращения ничего не дали. Сейчас подготовлена новая версия этого законопроекта. Мы его скоро будем выносить, и очень хочется верить, что он станет Законом. ».
- Вы очень хорошо показали зарубежный опыт, остановились на законопроек-тах, но, ведь, как Вы правильно сказали, далеко не все дети переходят на на-домное обучение. Часть поступает в коррекционные классы. Есть ли ПРИНЦИПИАЛЬНОЕ отличие коррекционных классов в массовых школах от специализированных коррекционных школ?
Отличия, конечно, есть и эти отличия фундаментальны. Во-первых, коррекционные школы формируются и действуют, ориентируясь на особенности основного дефекта развития ребенка в применении к задачам обучения. То есть, говоря проще, они разделены по группам патологий, обуславливающих те или иные особенности подходов в обучении. Например: школы для слабовидящих, слабослышащих, детей с нарушениями речи и т. д. Используются соответствующие, специализированные, программы и методики. Обучение осуществляют в основном педагоги-дефектологи. В школе коррекции проводится соответствующая методическая работа. Как правило, такие школы связаны с соответствующими профильными лечебными медицинскими учреждениями, в которых при необходимости осуществляются консультации и лечебная поддержка каждого ребенка. В коррекционных классах обычной школы все это практически невозможно. Практически ни одна государственная школа не сможет ради одного или даже нескольких коррекцион-ных классов дополнительно набрать в штат большое количество учителей-дефектологов и специалистов, ведь учителя-дефектологи получают значительные надбавки за работу «с патологией», причем разные группы патологий обуславливают разные размеры надбавок. Да и количество часов на одну ставку для обычных учителей и учителей, работающих с детьми, имеющими отклонения в развитии - разные. У дефектологов количество часов меньше. Как все это обеспечить и сочетать в обычной школе?
- Есть ли различия в школьных программах коррекционных школ и классов коррекции?
Да! Известно, что даже программа обучения в коррекционных школах по всей стране рассчитана на другие сроки обучения, чем в обычных, массовых, школах. Например, неполное среднее образование дети получают в коррекционной школе за 10 лет, а полное – за 12. Это с учетом того, что начальная школа в коррекционных школах составляет 4 класса. И остальное обучение там на год дольше. В обычных школах, как известно, неполное среднее образование – 9 классов, полное - 11. Как будет решаться этот вопрос?
Как руководство школы организует режим труда-отдыха для детей из коррекционных классов, если учесть, что детям с проблемами здоровья необходим более щадящие условия, чем обычным, здоровым детям? Ведь звонок-то звенит для всех одновременно. И коридоры для всех одни, так же как лестницы, буфет и раздевалки в спортзале. Только одним детям достаточно 10 минут, чтобы переодеться после физкультуры и бежать на следующий урок, а другим необходимо для этого не менее 20 минут. И школьная лестница для одного ребенка – возможность побегать, попрыгать по ступеням, и избавится от лишней энергии, накопившейся во время сидения на уроке, а для другого - непреодолимое препятствие, которое он штурмует как свой, персональный Эльбрус, свою Голгофу. И потребуется много лет и много терпения, чтобы эти, «особые», дети научились также быстро одеваться и также легко штурмовать лестницы, как их здоровые сверстники.
Еще одна большая проблема - во многих средних школах давно созданы, так называемые, «коррекционные» классы, в которых учатся ослабленные дети, дети с трудностями обучения, с поведенческими нарушениями, в общем - любые дети, не «вписывающиеся» в педагогический процесс в обычном классе. Работают в этих «коррекционных» классах обычные учителя и ни о каком «профиле» отклонений в развитии детей при комплектовании этих классов или о специальном, особом, образовании этих учеников речь вообще не идет. Для массовых школ подобные «коррекционные» классы со смешанным составом детей, имеющих трудности в обучении и не определенными причинами и происхождением этих «трудностей», считается нормальным. Считается, что все дети, обучающиеся в таких школах – здоровые. Просто некоторым из них требуется чуть больше внимания, чуть лучше условия, и чуть больше работы.
На самом же деле в коррекционные классы обычных, массовых, школ все чаще и чаще попадают учащиеся, нуждающиеся не просто в «чуть большем внимании» - в серьезной коррекционно-педагогической работе, а многие – в серьезном медицинском обследовании и лечении. Значительная часть этих детей не справляются с программой, не могут вынести нагрузок, нуждаются в особом педагогическом, а точнее - дефектологическом, подходе и щадящем режиме обучения. Причем, обусловлено это не ленью или плохим воспитанием. Причины – в той статистике Минздрава, которая изложена в начале этой статьи.
Я не устаю повторять, по данным НИИ гигиены и охраны здоровья детей и подрост-ков Российской академии медицинских наук, сегодняшний первоклассник только в 50 процентах случаев может считаться ребенком, который имеет физическое развитие соответствующее региональным стандартам. По сравнению с семидесятыми, восьмидесятыми годами, неготовность детей к систематическому обучению на седьмом году жизни увеличилась в 5 раз!.. По данным официальной статистики, согласно диспансеризации детей в 2002 году, всего 32% детей относятся к первой группе здоровья, то есть - практически здоровы. Именно эту цифру неоднократно озвучивали российский Министр здравоохранения и социального развития М. Ю. Зурабов, и наш Президент, В. В. Путин. Состояние здоровья российских подростков таково, что по тем или иным причинам до 80 процентов из них ограничены в выборе профессии по состоянию здоровья. Каковы последствия такого положения дел? Помимо всего того, что сказано об ухудшении состояния здоровья школьников, прямыми следствиями того, что в общеобразовательных школах обучаются дети, нуждающиеся в специальном, коррекционном образовании, являются: увеличение количества детей с плохой успеваемостью; всеобщее снижение уровня знаний выпускников – малограмотность, отсутствие знаний базовых предметов; рост поведенческих отклонений; «уход» подростков в наркотики и алкоголь; отмечающий-ся психиатрами рост количества психических заболеваний.
Чаще всего ответственность за неуспеваемость «проблемного» ребенка перекладыва-ется на плечи самого ребенка. Дети, не справляющиеся со школьной программой, в условиях массовой школы становятся хроническими неудачниками, теряют интерес к учебе. Постоянный неуспех и негативные переживания школьников зачастую приводят к тяжелым внутренним конфликтам и конфликтам в семьях, побегам из дома, уходу ребенка из школы. На самом деле, при состоянии физического здоровья наших детей и подростков, нам необходимо постоянно открывать новые и новые коррекционные школы, а мы закрываем те, которые уже работают! Хотя в коррекционных спецшколах изначально больные дети реабилитируются, крепнут и выходят, готовые к профессиональному образованию и труду, а в массовых, общеобразовательных школах, даже при наличии классов коррекции, такие же больные дети слабеют, заканчивают школы значительно более проблемными, чем были, когда в них поступали.
-Есть ли примеры сохранения тех школ, которые пытаются закрыть?
Такие примеры есть. Но они всегда основываются на активности родителей и на твердой гражданской и профессиональной позиции педагогов и руководителей системы образования. Например, в Красноярском крае, коллектив Боготольской коррекционной школы-интерната при попытке ликвидировать школу решением Боготольского городского Совета, обратился к депутатам Красноярской краевой Думы с просьбой отменить это решение. Учителя указали краевым депутатам на то, что местная администрация и Совет приняли такое решение в связи с тем, что не захотели передавать здание, в котором находится школа в краевую собственность. Сейчас депутаты Края выясняют основания, на которых принималось постановление о ликвидации школы, чтобы принять окончательное решение, основываясь не на сиюминутных интересах чиновников, а на законодательстве, защищающем права и интересы детей в нашей стране.
Другой пример. Два месяца продолжалась борьба родителей и педагогов с чиновниками Департамента образования против уничтожения Пермской областной коррекционной школы для детей-инвалидов. Содержать успешно действующее образовательное учреждение с уникальными методиками, по мнению чиновников, стало не рационально, и его решили "оптимизировать". 130 детей могли быть переведены неизвестно куда, а большая часть учителей, высококвалифицированных специалистов, лишилась бы работы. Родители и педагоги обратились к общественности. Пермская гражданская палата активно поддержала их требования. В течение всего августа шли общественные акции, переговоры и увещевания. Не обходилось и без взаимных упреков. В результате, департамент образования прислушался к мнению общественности и накануне 1 сентября подготовил приказ, отменяющий ликвидацию спорного учебного заведения.
К сожалению подобных фактов, пока, очень мало. В нашей стране много хороших законов. Слава Богу, много хороших, честных людей. Нам не хватает одного – храбрости. Сказать «Нет! » беззаконным действиям, произволу, несправедливости. Неужели для того, чтобы очнулись родители, педагоги, общественные организации, 10% наших детей должны полностью лишиться возможности получить образование, помощь и поддержку специалистов, потерять свой шанс на нормальную полноценную жизнь. Да, под ударом, пока, лишь дети с ограниченными возможностями, но ведь и в зданиях обычных общеобразовательных школ можно открыть славные магазины, казино и офисы…
(Текст подготовила Елена ГРИГОРЬЕВА)





 

 



IntB Green2 Style © Fisana